ТВОРЧЕСТВО. ПРОЗА.
 
 
ПРОЗА
Pinhead.
ГОЛЕМЫ.
Автор PINHEAD
ГОЛЕМЫ
- Там кто-то есть, - прошептала Алиса еле слышно, как будто до этого их не могли услышать.
- Уходи отсюда, - сказал Питер, - я сам посмотрю. Иди к шлюзу. Там встретимся. Если что - беги наружу. Там у тебя в скафандре преимущество.
- И не думай даже, что я побегу. Они тут людей убивают направо налево, а я должна бегать от них? Не дождутся.
И она первой шагнула к двери. Она открывала ее очень осторожно, так, как касаются пугливого животного. Чем больше распахивалась дверь, тем больше открывалась картина страшного пожара. Фары освещали маленькую рубку почти целиком, и везде под белым слоем инея лежал черный слой копоти. Рубка была пуста. Ни людей, ни аппаратуры связи.
- Автогорючее, - промолвил Питер, втянув носом воздух, - тут им всё было облито.
- По-твоему, он сам себя поджог? Ничего не понимаю.
- Кто-то мог облить здесь всё раньше.
- Да, ты прав. Допустим, погибший заперся от нападавших в рубке. Может даже, он пытался вызвать помощь. Малейшая искра...
- Поэтому он и стоял у двери. Наверное, из последних сил пытался ее открыть, но было поздно. Автогорючее вспыхивает мгновенно и горит с очень высокой температурой пламени.
- Похоже, нам ничего не остается, как идти на склад.
Они обошли по кольцевому коридору почти всю станцию и спустились на один уровень вниз. Склад представлял собой длинное помещение с несколькими перегородками. Сверху тянулись подъемники. По складу гуляло легкое эхо. Нагромождения ящиков и контейнеров издалека казались глыбами камня. Около входа у стен стояло несколько неподвижных фигур. Некоторые из них блеснули в отсветах фар. Фигуры в первую секунду здорово напугали Алису, пока она не догадалась, что это законсервированные роботы. Роботы были полярной конструкции, специально рассчитанные на низкую температуру, и могли бы сильно помочь, но неизвестные нападавшие постарались и здесь.
- Смотри, всё раскурочили, - сказала Алиса с досадой, подходя поближе, - ни одного целого не оставили.
- Да, это верно, - сказал Питер в задумчивости, - и несколько роботов не хватает.
- Откуда ты знаешь?
- Я же здесь был раньше. Два робота-изыскателя и один ремонтник.
- Ладно, пойдем дальше. Этот склад такой большой, что мы можем потратить несколько часов, прежде чем найдем здесь кислород.
Проходя мимо высоких и маленьких, узких и широких контейнеров, Алиса не видела нигде никаких следов деятельности злоумышленников. До этого у нее была теория, что кто-то решил ограбить станцию, но внезапное появление людей привело к кровавой расправе. Склад, однако ж, был совершенно не тронут, за исключением роботов. Питер внимательно изучал надписи.
- Я вроде бы помню, - сказал он, - что баллоны где-то в дальнем углу.
Он вскарабкался на контейнеры, лесенкой сложенные почти до потока, и осветил фарами все закоулки склада.
- Ну, что там? - спросила Алиса, задрав голову наблюдая за манипуляциями Питера.
- Ничего не замечаю... Впрочем, вон, кажется, какие-то баллоны.
Он спрыгнул вниз, произведя при этом такой грохот, как будто упал метеорит. Эхо загуляло по всему складу, не утихая несколько секунд.
Баллоны действительно стояли там, где их увидел Питер, но отнюдь не с кислородом, а с азотом.
- Вот, черт! - выругался он, - куда же они задевались? Посмотрим в другом углу.
В другом углу они нашли на квадратных металлических плитах пола только след от контейнера. Там, где он стоял раньше, инея была чуть меньше, чем везде.
- Всё ясно, - воскликнула Алиса, - плакал наш кислород!
- Горькими слезами, - кивнул Питер.
Они переглянулись.
- И что теперь? - поинтересовалась Алиса с горькой усмешкой.
- Одна надежда на вездеход. Там обычно бывает аварийный запас кислорода.
- Но если мы выйдем из станции, мы больше уже не сможем войти, ты помнишь?
- А кто тебе сказал, Алиса, что нам надо выходить? Это полярная станция. Ангар находится в подвале, в противоположной стороне от реакторного. Нам придется просто спуститься на один уровень.
- Значит, есть еще один шлюз? Для вездехода?
- Конечно. Но он полностью автоматический. Нам придется вышибать внешние ворота.
- Час от часу не легче! Ты уверен, что вездеход выдержит?
- Он покрыт специальными бронированными листами. Сейчас сама увидишь.
Ангар был никак не меньше склада. Это поразило Алису. Она никогда не видела таких огромных подвалов. Приземистый вездеход на четырех широких гусеницах стоял в дальнем конце, у створок шлюза. По стенам расположились несколько легких снегоходов на антигравитации, но об их использовании и речи не могло быть. Ни одна "Вьюга" не потянет четыреста килограммов при таком ветре. Баки с горючим для вездехода стояли за специальной герметичной перегородкой на случай взрыва или пожара. Когда Алиса взглянула на них повнимательней, у нее сердце упало. Она поняла, откуда до них доносился звук капающей жидкости. Тут же раздался возглас Питера:
- Не двигайся, ради бога, Алиса! Мы в автогорючем едва ли не по колени.
Алиса взглянула под ноги. Видимо, по полу растеклось содержимое всех баков сразу. Повеяло легким, но устойчивым запахом топлива. Алиса осторожно переступила назад, ближе к дверям. Жидкость под ногами заплескалась легко, как спирт. Запах сразу усилился.
- Что будем делать? - обратилась Алиса к Питеру, который сам стоял ни жив, ни мертв.
- Ты помнишь мертвеца в рубке связи? - напомнил он испуганно, - по-моему, надо убираться отсюда.
- Ну уж нет! Уйдем и что дальше?
- Подождем, пока горючее испарится или стечет куда-нибудь.
- Ты что?! Да на это годы потребуются!
- А что ты хочешь? Только заведи вездеход и каюк нам. Сгорим, как свечки. Наши скафандры больше восьмидесяти градусов не выдержат.
- Подожди. Температура... - это навело Алису на какую-то мысль, но она не могла сосредоточиться.
- Если бы у нас был хотя бы один робот, - размышлял Питер, - мы могли бы... - но Алиса вдруг воскликнула.
- Эврика! Вспомнила. При какой температуре замерзает автогорючее?
- Точно не помню, но, наверное, полярная разновидность до минус шестидесяти спокойно выдержит.
- На складе же есть жидкий азот?
- Что ты предлагаешь? Ты просто чокнутая, Алиса, честное слово!
- Посмотрим! - воскликнула она и, не дожидаясь, пока Питер опомнится, кинулась обратно на склад.
Она вернулась с двумя баллонами. Беготня далась ей нелегко. Алиса вдруг вспомнила, что она три дня практически ничего не ела, кроме какао с укрепляющими добавками. Есть ей, по понятным причинам, не хотелось, но организм начинал подавать явственные сигналы, требуя пищи.
- Не вздумай! - воскликнул Питер, дожидавшийся ее у дверей ангара, - я этого не допущу!
- Ты что не понимаешь, что нам иначе не спастись, - сказала Алиса примирительно, - связи у нас нет, до корабля мы добраться не можем, никто не знает, где мы. А мы еще должны, как можно скорее предупредить о нападавших на мирную станцию. Если не сейчас, то через день, два, неделю нам придется попробовать этот способ.
- Я не химик, Алиса. Я не знаю, что будет, может быть, мгновенный взрыв.
- А, может, топливо замерзнет. Азот - нейтральный газ.
- Хорошо, если ты так настаиваешь... Но делать это буду я, а тебе придется постоять за дверью.
- Вот так всегда! Взрослые одинаковы, будь они хоть трижды меланхолики.
Питер без разговоров взял у Алисы баллоны, застегнул шлем и вошел внутрь.
- Закрой двери! - крикнул он Алисе.
"Не дождешься", - сказала она про себя и стала напряженно наблюдать, как Питер настраивает давление струи. Когда азот выплеснулся на пол, фигура Питера сразу окуталась белыми клубами. Вокруг него тут же во все стороны побежал слой льда, сковывающий разлитое горючее.
"Получилось", - улыбнулась Алиса, глядя, как Питер прокладывает перед собой широкую дорогу из замерзшего топлива. Когда он добрался до вездехода, баллон был почти пуст. Алиса издалека не могла разглядеть, что делает Питер. Только мелькали фары его скафандра, когда он залазил на вездеход.
Через пять минут он показался снаружи и завозился с другим баллоном. Азот активно испарялся с ледяной тропинки. Стало заметно холоднее, у Алисы защипали нос и уши, уже давно привыкшие к холоду станции.
Питер не пошел по старому пути, а сделал новую дорогу. Когда он добрался до дверей, то выкинул пустой баллон в коридор и покачал головой.
- Ну, как? - с нетерпением спросила Алиса.
- Никак! Эта дорога для нас тоже отрезана. Начать с того, что я обнаружил в креслах вездехода два трупа без голов. Стекла выбиты, внутри куча осколков. Топливо слито на пол ангара. И никаких признаков аварийного запаса.
- Ты не смог определить, кто эти люди?
- Я же сказал, Алиса, - огрызнулся Питер, - они были без головы. Но, по-моему, и так ясно, кто это. Мои друзья полетели впятером. Четверых из них мы уже обнаружили. Остался еще один.
- Но ведь было еще неизвестное тело в коридоре.
Питер махнул рукой.
- Какая теперь разница! Нам отсюда не выбраться. Это факт. Как будто кто-то нарочно шел перед нами и устранял одну за другой все возможности спасения.
- Не бывает безвыходных ситуаций, - сказала Алиса, - твои друзья наверняка сказали кому-нибудь, куда они летят.
- Возможно, но, скорее, нет. Я просил их не говорить. Так или иначе, раньше чем через месяц, никого из них не станут искать. Как и нас с тобой. Если нам повезет, и кто-нибудь знает, что мы здесь, помощь прибудет дней через сорок, если нет, нас могут найти, скажем, лет через десять. Вентиляция на станции не работает. Воздух быстро испортится. И всё.
- А как же анабиозный режим наших скафандров? Ты говорил, можно продержаться двадцать лет.
- А тебе улыбается перспектива столько лет отсутствовать? Подумай, что за это время произойдет со всеми, кого ты знаешь. Ты вернешься в другой мир. Это если повезет. Когда ложишься в анабиоз, становишься полностью беспомощным. Вывести из этого состояния тебя смогут только специалисты. Любое происшествие, любая авария на станции, пожар, землетрясение - и конец. А если вернутся нападавшие?
- Если, если. Слишком много если! Надо надеяться на лучшее. Подумай, где еще можно раздобыть кислород.
- Есть одна возможность, но о ней я даже говорить не хочу.
- Почему это?
- Слишком рискованно.
- Нам сейчас не до осторожности.
- Ну, хорошо. Если из одного из наших скафандров перекачать кислород в другой, то его как раз хватит на то, чтобы дойти до корабля.
- Конечно! Отличный выход.
- Погоди. Какой он тебе отличный? Я, вообще, не знаю, что опасней - добираться в одиночку до корабля на пределе кислорода или оставаться и ждать здесь. Подумай, ведь ждать придется, пока другой человек не долетит до ближайшей базы, куда-нибудь на Атлас, и уже оттуда прибудет помощь.
- Тогда давай сидеть и надеяться на чудо.
Алиса говорила с досадой, но сквозь нее проглядывало что-то еще. Как будто Алиса чувствовала, что забыла что-то очень простое, и никак не может вспомнить.
- Я не могу тебя отпустить одну, и не могу оставить здесь одну.
- Тогда я дождусь, пока ты заснешь, перекачаю твой кислород и уйду.
- Ты не знаешь, как разобраться с управлением. У компьютера специальная программа.
- Разберусь, ради такого случая. А, не разберусь, возьму побольше баллонов и вернусь сюда.
- У меня нет свободного кислорода на корабле.
- Врешь ты всё! А если даже и нет, скачаю из других скафандров, - произнесла Алиса и хлопнула себя по лбу.
- Какая я дура!
Питер уставился на нее.
- Здесь же тоже должны быть другие скафандры. Ты понимаешь?
- Бежим в скафандровый отсек.
Больше всего Алиса боялась, что кто-то опередил их и там. Это было бы закономерно, если судить по логике неизвестных нападавших.
Скафандровый отсек находился перед главным шлюзом - тем самым, в который Алиса с Питером пытались безуспешно попасть снаружи. Скафандры расположились в нишах по бокам узкого помещения. В темноте они были похожи на рыцарей, охраняющих древний замок.
- Смотри, такие же, как наши, - указала Алиса на группу скафандров в самом углу.
- Угу, - пробормотал Питер. Он пристально смотрел туда. Потом подошел поближе.
- Я так и думал, - сказал он, печально качая головой, - точно такие же модели могли быть только у моих друзей. Так и есть.
Алиса подошла поближе, присматриваясь. Четыре из пяти скафандров были заляпаны чем-то темным. Стекла их гермошлемов почти не отражали свет. Но когда Питер направил луч прямо в лицо пластиковым истуканам, Алиса вскрикнула и отпрянула назад. Сквозь стекло трех шлемов на нее глянули мертвые лица.
- Это они? - спросила Алиса срывающимся голосом.
- Да.
- А кто же тогда те, в вездеходе?
- Ты не поняла.
Питер принялся расстегивать скафандры один за другим. Алиса застонала про себя.
- Смотри.
Питер отошел в сторону, и Алиса увидела странное зрелище. В одном из скафандров стоял мертвец с огромной раной посередине груди. В двух других были только головы в гермошлемах. В четвертом же, вообще, нижняя часть туловища и ноги. Только пятый скафандр был пуст и открыт.
- Кто это всё делал?! - воскликнула Алиса с отвращением, - какой-то сумасшедший, наверное. Мне больше ничего не приходит в голову. Как будто нарочно глумились над телами.
- Посмотри сюда, - показал Питер на мертвеца с раной на груди, - его пробили вместе со скафандром. Наверное, он пытался бежать, как те, в вездеходе. Ты представляешь, какая нужна сила, чтобы пробить такой скафандр? Прочнейший силикон, армированный титановыми нитями. А дыра, между прочим, насквозь.
- Что ты хочешь сказать?
- Странные какие-то способы убийства. За исключением сгоревшего в рубке, все остальные убиты варварски, с применением грубой силы. Один разорван пополам, у двоих оторваны головы, один пробит насквозь чем-то острым и широким, наподобие топора. Не проще ли было просто застрелить?
- Мы видели пулевые отверстия внизу.
- Мне кажется, что это как раз отстреливались от нападавших.
- Возможно, но меня все-таки больше поражает какая-то бездумная жестокость и странное поведение в сочетании с логикой в других поступках. Такое ощущение, что действовали разные люди. Один зверствовал, другой методично уничтожал.
- Идея интересная. Да и вряд ли одному под силу было наделать такое.
- Не представляю, кто бы это мог быть. Неужели Патруль не уследил за такими опасными... людьми... существами... как их можно назвать?
- Нелюдью.
Питер направился к остальным скафандрам. Алиса взялась было с другой стороны, но Питер окликнул ее:
- В легких можешь не смотреть. Там не оставляют запас кислорода.
Через пять минут выяснилось, что кислорода нет нигде. Либо баллоны вынуты, либо пусты, с открытыми клапанами.
Алиса развела руками.
- Что ж, придется скачивать у тебя и идти.
- Подожди, есть еще пять. Ты забыла.
- Ах, да! Ты думаешь?..
- Посмотрим.
Пробитый скафандр оказался негодным. Баллон помялся и треснул. Но в остальных четырех кислорода было почти доверху.
- Ура! - закричала Алиса и даже попыталась подпрыгнуть.
Питер уже отцеплял баллоны, стараясь не прикасаться к мертвым телам.
- Повернись, - приказал он Алисе, - мы прицепим себе полные, а остальные возьмем с собой. Мне надоели всякие случайности.
Потом Алиса заменила баллон Питеру, правда, провозившись в два раза больше. Она никогда раньше этого не делала.
- Вперед! К аварийному люку, - провозгласил Питер.
И вот они уже снова стояли в том самом тамбуре, через который вошли четыре часа назад. Питер взялся за колесо на люке. И в этот момент они оба совершенно явственно услышали звук шагов. Он доносился из какого-то коридора, выходящего на развилку перед тамбуром. Целую секунду они стояли замерев, не смея издать ни звука, с расширившимися от ужаса глазами. Потом Алиса вымолвила: "Крути", одними губами, и Питер завертел колесо, что есть силы. Казалось, что резьба бесконечна. Шаги всё приближались, Алисе страшно хотелось помочь Питеру, и она еле сдерживалась, понимая, что только будет мешать. Наконец, Питер отворил дверь люка, когда шаги доносились уже с развилки коридоров. Они ввалились в крошечный тамбур едва ли не кувырком, и Питер вновь взялся за колесо с другой стороны. А когда закрывалась дверь, Алиса оглянулась и успела краем глаза заметить странный силуэт на пороге тамбура - многорукий, с коротким туловищем, и напоминающий что-то до боли знакомое.
Питер довернул колесо до упора и крикнул:
- Не стой, отворачивай внешний люк скорее.
Действительно, Алисе это было гораздо удобнее сделать, потому что она оказалась прямо перед колесом. Она обхватила его обеими руками и дернула влево. Колесо не поворачивалось. Алиса вспомнила, как Питер с первого раза не мог его открыть с внешней стороны из-за того, что оно примерзло. И тут волосы зашевелились от ужаса на голове у Алисы. Тот, кто шел за ними, начал откручивать внутренний люк. Алиса почувствовала отвратительную слабость и поняла, что не может стоять на ногах, а не то, что откручивать проклятое колесо.
Она простояла так ни жива, ни мертва несколько секунд, пока не очнулась от крика Питера:
- Ты что там, заснула, что ли?! Я не могу вечно его держать, он сильный, как черт!
Алиса обернулась и увидела, что Питер навалился на колесо всей тяжестью своего скафандра и сдерживает их преследователя. Тогда она тоже повисла на колесе с одной стороны, и четыреста килограммов сорвали его с мертвой точки. Она не помнила, как крутила проклятое колесо. Ей показалось, что прошло секунды две. Она так бы и распахнула внешний люк и погибла бы, скорее всего, на месте, если бы не вопль Питера, который предупредил ее.
- Шлем! Закрой шлем!
Она сделала это, скорее, машинально и потянула тяжелую дверь на себя. В ту же секунду колесо на внутреннем люке было заклинено намертво, чтобы ни в коем случае сразу оба люка не были открыты одновременно. Питер со вздохом облегчения отпустил колесо и вышел вслед за Алисой в объятия бешеного ветра и беспросветной снежной пелены. Снаружи было светло. Питер нашел Алису в двух шагах от люка, лежащую в снегу и отходящую от пережитого ужаса. Он размотал трос и прикрепил карабин к Алисиному скафандру.
- Как ты? - спросил он, перекрикивая ветер.
- Лучше не бывает. Давно не чувствовала такого облегчения. Неужели мы вырвались из этого кошмарного места?
- Алиса, я советую тебе, когда вернешься домой, сходи к психологу. Такие переживания просто так не проходят.
- Тебе и твоему брату эти психологи сильно помогли?
Алиса услышала в шлемофоне, как Питер смеется.
- Не завидую я твоим родителям, Алиса.
Алиса подумала, что родителям Питера было еще хуже, когда погиб их младший сын, но вслух этого говорить не стала.
И снова им пришлось начать долгое балансирование, борясь с ветром и со своими мыслями. Как только тело привыкало к правильным движениям и освобождало мозг от опеки, мысли набрасывались хищной толпой и терзали, терзали воспоминаниями и муками невозможности вернуть время назад, чтобы исправить сделанное. Теперь уже и явственно начинал давать о себе знать голод. У Алисы появилось легкое головокружение, когда ветер начинал раскачивать ее особенно сильно. В животе раздавались урчания, и приходилось периодически сглатывать слюну при мыслях о еде. Ей уже не были помехой воспоминания о мертвецах на станции. Больше мучили воспоминания о котлетах и жареных шампиньонах в сметане, которые так замечательно готовил домроботник. Мысли о домроботнике почему-то смущали Алису. Она по опыту знала, что это признак важной идеи, которая уже сидит у Алисы в голове, но никак не может оформиться в слова. Однако сейчас оформиться идее мешали многие обстоятельства. Алиса решила отложить идею на потом, хотя бы до того, как они заберутся в космический корабль.
На второй день похода Алисе стало совсем тяжело. Какао, которое поддерживало ее, кончилось уже пять часов назад. Мысли о еде вытеснили из головы всё остальное, и теперь корабль представлялся Алисе только в образе гигантского холодильника. Питер молчал почти целый день. Алиса не понимала, как он может выдерживать такие муки. Она по опыту своих путешествий с друзьями знала, что такое мужской аппетит. Спросить его об этом она не решалась, понимая, что только разозлит. Но сознание того, что кому-то еще тяжелее, чем ей, немного Алису поддерживало. Она утешала себя тем, что они почти не тратят мускульной энергии, что тело совсем не устало, что пять дней относительной диеты никому не помешают, даже таким худым личностям, как она с Питером, но утешения помогали мало. Алиса за этот тридцатичасовой переход полюбила своего домроботника больше, чем за все предыдущие четырнадцать лет жизни.
Когда до корабля оставалось не больше километра, очередной мальтурианский день клонился к закату. Путешественники увязали в снегу по колено, но теперь уже торопились, как могли. Мысль о том, что их мучениям придет конец уже совсем скоро, придал им силы. Алиса поминутно вглядывалась в плоскую равнину, пытаясь разглядеть родной конус, но мельтешение снежинок перед глазами было таким сильным, что ей это никак не удавалось. Еще через полкилометра в душу к Алисе закрались первые страшные подозрения. Потом они перешли в уверенность. Корабль не появился ни еще через двести метров, ни через следующие. Она остановилась.
- Похоже, он упал, - сказала она обернувшемуся Питеру. Тот не ответил, а лишь продолжил путь. Алисе ничего не оставалось, как пойти за ним.
- Может мы отклонились от курса? - вслух предположила она, но сама поняла, что такого не могло случиться. Прибор, определяющий координаты, накрепко связан с гравитационным полем планеты. Он не может ошибаться, так как векторы этого поля никогда не изменяются.
Через десять минут они набрели на огромную воронку, в которой раньше покоился их корабль. Воронку активно заносило снегом.
- Всё-таки я был прав, - впервые за много часов подал голос Питер, - что прихватил весь кислород с собой.
И он похлопал по висящим на поясе баллонам.
Так обидно Алисе не было никогда в жизни. Впервые она почувствовала себя в безвыходной ситуации. И, что было самое страшное, ей уже не хотелось искать никакого выхода. Ей хотелось просто безудержно рыдать, чтобы услышал кто-нибудь из взрослых и вытащил с этой проклятой планеты. От слез ее удержало только присутствие Питера. Он-то ни разу ни отнесся к ней, как к ребенку. И, пока они еще живы и могут бороться, Алиса не расклеится, и не устроит истерику.
- Итак, - подытожил Питер, - что мы имеем? Улететь с планеты мы не можем, так как корабль украден. Связи нет, да и слишком далеко для нормальной связи. Возвращаться на станцию нельзя - там орудует неизвестный убийца, который, к тому же, не определяется биоискателем. Но даже если бы его не было - станция повреждена настолько, что жить там невозможно. Кислорода у нас примерно часов на шестьдесят у каждого. Я не вижу иного выхода, кроме анабиоза.
- Как ты думаешь, - спросила Алиса задумчиво, - а куда они могли перегнать корабль?
- Если ты подумала о том же, о чем я, - ответил Питер, - ты предполагаешь, что у нас есть шанс попробовать счастья около станции?
- Именно. Ты всё понял верно. Я рассуждаю, что если нападавшие, увидев корабль, поспешили сюда им завладеть, а кого-то оставили на станции - того, кто за нами гнался - то они должны прихватить его с собой.
- Может быть, а, может быть, и нет. В любом случае, пока мы вернемся, они десять раз улетят.
- А если они вовсе не собираются улетать?
- Но что им здесь делать? Что же, они сначала крушили станцию, а потом решат в ней остаться?
- А если они просто ждали корабля? Я на складе подумала о том, почему он не разграблен. А если они сейчас перетаскивают содержимое склада на корабль? Это ведь займет много времени.
- Ты цепляешься за соломинку, Алиса. Всё это не более чем предположения. Только как они сядут при таком ветре на камень?
- А зачем им садиться, Питер? На сколько хватит топлива в ионных двигателях?
- Часов на тысячу.
- Ты уже понял? Повиснут в нескольких метрах над поверхностью и будут висеть, пока не загрузятся.
- Весьма рискованно. Надо умудриться не угодить под факел, который будет вырываться во все стороны. У тебя, наверное, от голода обострилось воображение.
Алиса поняла, что Питер думал о еде не меньше ее самой.
- Обострится тут. Что удивительного? Я могу сколько угодно говорить о пути обратно, но как я его пройду - я не знаю.
- Ладно, допустим, ты во всем права. Допустим, они вернулись и грузят со склада то, что им нужно, хотя я ума не приложу, кому это может понадобиться. Как мы захватим корабль?
- Давай сначала доберемся и посмотрим со стороны на этих загадочных убийц. А потом придумаем чего-нибудь. Если бы мне еще поесть, у меня бы образовалось совсем боевое настроение.
- Представляешь, если бы мы никуда не ходили, а оставались около станции, то могли бы спокойно дождаться корабля на месте.
- Не сыпь соль на раны! Откуда мы могли знать?
- А где же твое хваленое везенье, Алиса?
- Мы же еще живы.
- Вот это оптимизм! - усмехнулся Питер.
- Подожди немного, вдруг всё везенье только впереди.
Алиса еще даже не закончила фразу, когда раздался гул, который перекрывал шум ветра, становясь всё сильнее и сильнее. Как только к этому добавился треск в наушниках, Питер что есть силы, закричал:
- Беги!
Алисе представилась далеко не замечательная возможность на себе испытать ощущения канонады и авианалета сразу. Поэтому ионные двигатели и были запрещены для посадки на планеты с развитой биосферой. Чтобы не наносить слишком большого ущерба экологии. Алиса бежала изо всех сил, но ветер превращал ее усилия в ничто. Они передвигались не намного быстрее, чем при обычной ходьбе.
Гул перешел в настоящий рев, от которого закладывало уши. Если бы они обернулись, то увидели бы ослепительный огненный шар в небе, который, казалось, всё время находился над головой. Шар постоянно увеличивался, и из него постепенно вырастали два отростка. Темный сверху и огненный снизу. Но они не оборачивались. Они не раз видели посадку космических кораблей. Так что это зрелище их не интересовало. Их гораздо больше интересовало, смогут ли они убежать от факела.
Когда лед под ногами завибрировал, раздалось громкое шипение. Алиса почувствовала сзади мягкий, но чувствительный толчок. Термометр подскочил до минус пяти, правда, тут же снова начал падать. Их достала волна пара из воронки. Они упали на снег и лежали, не шевелясь.
Через пару минут рев за спиной прекратился, а, вместе с ним, и волны теплого воздуха.
- Как ты думаешь, - услышала Алиса в наушниках голос Питера, - кто это пожаловал?
- Я бы хотела сказать "спасатели", но боюсь, о готовой воронке знали только те, кто угнал наш корабль.
Питер вынул голову из сугроба и, приподнявшись на локте, обернулся.
- Так и есть. Это он.
- Что будем делать?
- Надо бы спрятаться, но я не представляю, куда. По-твоему, почему они вернулись?
- Понятия не имею. Может, хотели сесть у станции, и не смогли. А зависнуть не догадались.
- Навряд ли. Не много на это надо ума. Скорее всего, просто факел - слишком непреодолимое препятствие.
- Пожалуй, особенно, судя по тому, как мы от него неслись.
Алиса улыбнулась, хотя ей было не до смеха. Правда, определенное облегчение к ней все-таки пришло. Не надо было возвращаться к станции. Однако Алиса понимала, что следует спешить, чтобы облегчение не сменилось отчаянием, когда корабль снова улетит. Надо было что-то предпринимать. Она стала потихоньку выбираться из сугроба.
До корабля, напоминающего без нижней двигательной части перевернутый граненый стакан, было метров шестьдесят.
- Если мы будем тут так лежать, - подал голос Питер, - заметят они нас или нет?
- А, как ты думаешь, два ярко-оранжевых пятна среди снежной пустыни?
- Тогда уходим. Кто бы они ни были, в скафандрах они быстрее нас не побегут.
- С чего ты взял, что им требуются скафандры? - спросила Алиса, напряженно вглядываясь сквозь летящий снег.
- Что ты там увидела?
- Двое вылезли, но очертаниями и цветом вовсе не напоминают наши скафандры.
- Хочешь сказать, у них свои? Инопланетчики?
- Похожи на негуманоидов.
- Алиса! - воскликнул Питер, вглядевшись, - что ты страху нагоняешь? Это всего лишь их роботы. Два робота-изыскателя полярной модификации.
- Как раз те, что не хватало на складе?
- Конечно, и еще одного ремонтника. Они приспособили их под свои нужды.
- Знать бы, что у них за нужды? - сказала Алиса задумчиво.
- Что они там делают? - старался разглядеть Питер.
- Похоже, заравнивают снег перед шлюзокамерой. Наверное, подготавливают выход своих нынешних хозяев.
- Алиса, а ведь неизвестные нам нападавшие - люди. Или, по крайней мере, из известных рас. Другим роботы не стали бы подчиняться.
- Подожди, но они ведь и нам будут подчиняться. Ведь верно? А если на нас нападут в их присутствии, то будут и защищать нас. Давай скорее подойдем к ним.
Питер сделал непроизвольный жест, пытаясь почесать в затылке, потом с досадой взмахнул рукой и последовал за Алисой, которая приближалась к кораблю почти с такой же скоростью, с какой бежала от него.
Алиса в этот момент думала, что если не удастся захватить корабль, хотя бы можно попытаться раздобыть еды с помощью роботов.
Роботы методично, не обращая никакого внимания на ветер, хлеставший потоками снежинок их металлические тела, одними из своих нескольких конечностей, напоминающих длинные скребки, сгребали снег ближе к шлюзу и утрамбовывали его широкими плоскими ногами. Когда Алиса и Питер подошли ближе, роботы заметили их задними глазами и, выпрямившись, терпеливо ждали людей.
- Привет! - сказала Алиса преувеличенно бодро, - что это вы тут делаете?
- Приветствуем, Люди, - ответил робот, стоявший ближе, по радио, - мы трамбуем снег.
- Для чего?
- Для безопасности людей. Чтобы не провалились в отверстие, возникшее в результате...
- Кто вам приказал этим заниматься? - спросил Питер, не дожидаясь длинных объяснений.
Робот секунду молчал.
- Никто, Человек. Мы обеспечиваем необходимые меры предосторожности на случай возможного падения людей в отверстие, возникшее...
- Что, сами?
- Мы обязаны позаботиться о возможных опасностях, грозящих людям, пока свободны от основной работы. Инструкция робота-изыскателя, параграф двенадцатый, пункт второй.
- Для каких людей вы должны обеспечить безопасность? - терпеливо спросила Алиса.
- Для всех. В том числе, для вас.
- О, господи боже! - воскликнул Питер. - Что за тупые болваны?1
- Чему ты удивляешься, - сказала Алиса, - это же тебе не роботы-воспитатели со словарным запасом в тридцать тысяч слов.
- Я уже ничему не удивляюсь. Сколько людей в корабле? - обратился он снова к роботам, продолжавшим неподвижно наблюдать.
- Нет... людей.
- Хорошо. Сколько разумных представителей?
- Нет... разумных представителей.
- Что за чушь?! - взорвался Питер, - как такое может быть? Кто же вел корабль?
- Не можем ответить, - после секундной паузы ответил робот.
- Всё, Алиса, мое терпение кончилось, разговаривай с ними сама.
Она пожала плечами.
- Почему вы не можете ответить, кто вел корабль?
- ...Нет информации.
- Что вы делали на корабле?
- ...Не можем ответить.
- Сколько людей на научной станции?
- Не было людей. В настоящий момент, нет информации.
- Вообще не было людей?
- Нет.
- Что вы делали на научной станции после вашей расконсервации?
- ...Не можем ответить.
- Кто вас расконсервировал?
- ...Нет информации.
- Что вы, вообще, помните с тех пор, как были расконсервированы?
- ...Не сохранено в памяти.
- Всё, - заключила Алиса, - они либо неисправны, либо у них стерта вся память, вплоть до посадки.
- Что ж, тогда надо рисковать и лезть в корабль.
- Секунду, последний вопрос. - Алиса прищурилась. - В корабле есть опасность для человека? Хотя бы потенциальная.
- Источником потенциальной опасности, - начал робот, - безусловно, может являться реактор ионных двигателей, как взрывоопасный и облучающий объект, также погрузочные механизмы...
- О, Алиса, зачем ты сказала слово "потенциальная"? - простонал Питер.
- Всё, всё, - прервала она робота. - Явной опасности нет?
- Не обнаружено.
- Достаточно. Шагайте внутрь и подходите к шлюзу с той стороны. Будете нас встречать. На всякий случай, - улыбнулась Алиса Питеру.
Через специальный люк роботы въехали в корабль.
Пришел черед людей.
- Интересно, - подумал Питер вслух, - а как похитители смогли проникнуть в корабль, если кодовые ключи у нас?
- Есть вещи более интересные.
- Боишься? - спросил Питер Алису, когда они стояли в шлюзокамере.
- Не очень сильно. Больше хочу есть.
- Я тоже, - вздохнул Питер.
Роботы стояли именно там, где им было приказано. Ждали людей у шлюзокамеры.
- Пошли, - приказала Алиса, - будете нас сопровождать.
Они не стали снимать скафандров, на всякий случай, и занялись обходом. Роботы топали рядом по узким коридорам корабля. Благо, он был небольшим. Биоискатель молчал.
Корабль оказался пуст. Никаких признаков неизвестных злоумышленников обнаружить не удалось. Когда это стало ясно, Алиса с Питером кинулись в скафандровый отсек.
Вылезши из скафандра, Алиса подавила жгучее желание помчаться на кухню и зашла сперва в свою каюту. Она скинула потную одежду, запихала ее в утилизатор и встала под душ. Там, под горячими струями, винтом закручивающимися вокруг ее уставшего тела, она чувствовала, что в очередной раз каким-то сказочным чудом избежала смертельной опасности. На сей раз она стояла у самого порога смерти. Это, не говоря уже о той нервной нагрузки, которую ей довелось взять на себя. Мысли шли совсем взрослые - о том, что на ней всё непременно скажется позже, что, наверное, Питер прав и надо бы зайти к психологу, что пора заканчивать безумные эксперименты. Потоки воды то обхватывали ее со всех сторон, то собирались в упругие комки, то снова рассыпались потоком крошечных острых брызг.
Когда Алиса надевала чистую одежду, то подумала, что была очень даже права, потерпев с утолением голода. Душ придал ей ощущение жизни, которое она почти утратила, находясь столько времени в скафандре.
Питер уже сидел на кухне. Алисе стало смешно, когда она увидела, какое жалкое у него выражение лица. Он ждал Алису и сдерживался, чтобы не начать есть всё то, что он извлек из холодильника. Это стоило ему титанических усилий.
- Поздравляю, - сказала она с широкой улыбкой, - из тебя выйдет настоящий партизан. Умеешь терпеть. Даже когда это не требуется.
- Спасибо и на том. Другая бы и этого не заметила.
Обменявшись подобными любезностями, они накинулись на еду, уже не соблюдая правил хорошего тона. Минут десять царило полное молчание. Потом Питер сказал, отдышавшись после нескольких огромных глотков компота:
- Я слышал, что вроде вредно много есть после длительного голодания.
- Ерунда, - махнула рукой Алиса, которая еще до компота не добралась и пыталась разговаривать с полным ртом, - мы не очень долго голодали.
- Ты думаешь? - засомневался Питер, - впрочем, мы уже опоздали с подобными опасениями.
Он не стал больше отвлекать Алису и направился готовить двигатели к взлету и проверять все системы.
Алиса насытила голод и теперь думала о том, куда могли деться те, кто захватил их корабль. Она пила компот и вспоминала разные происшествия в Галактике, которые знала массу. Она обожала узнавать криминальную и прочую хронику, связанную с тайнами Галактики. Однако ничего похожего Алиса вспомнить так и не смогла.
- Наши предположения оказались никуда не годными, - сказал Питер, когда Алиса пришла в рубку, - я проверил по компьютеру, куда летали те, кто пользовался нашим кораблем совсем недавно.
- Интересно. Ну, говори, говори.
- Собственно, они только взлетели, сделали несколько витков вокруг планеты и сели обратно. Больше никаких посадок.
- Да. И что же всё это значит?
- Я думаю, они запутались. Я же специально сделал для этого полета видимость управления. Помнишь, я тебе говорил. Наверное, они ничего не поняли в этом.
- И просто оставили корабль?
- Скорее всего.
- Только вот куда они исчезли потом?
- Ты знаешь, мне кажется, мы их просто не заметили в этой снежной кутерьме. Они могли ускользнуть, пока мы наблюдали за роботами.
- Ты сам в это веришь?
- Я не знаю, во что еще можно верить в такой ситуации.
- Как там дела с двигателями?
- Всё почти готово. Садись, я объясню тебе мои камуфляжные программы, чтобы ты больше не чертила свои потрясающие курсовые впустую.
- Я вот думаю, - промолвила Алиса, усаживаясь в штурманское кресло, - а зачем нам этот Атлас? Небольшая база, пока они там разберутся, что к чему... Давай сразу рванем на Галактический центр? У меня там знакомый следователь в Галактическом Патруле.
- Как скажешь. Послезавтра будем там.
- Очень хорошо. Буду спать всё это время.
Алиса выполнила свое обещание. Как только она упала на постель в своей каюте, она тут же отключилась и проспала без сновидений почти восемнадцать часов.
В системе Галактического центра как всегда происходило вавилонское столпотворение. Уже на орбитах двух внешних планет болтались сотни грузовых контейнеровозов, ожидавших очереди под разгрузку. Пассажирские лайнеры пятидесяти с лишним конструкций скользили по своим коридорам непрерывным потоком. От мелких частных посудин рябило в глазах. Без помощи компьютера ни один самый высококлассный пилот не смог бы провести здесь свой корабль без столкновения. Диспетчерские и патрульные катера встречались на каждом шагу - работы у них здесь было - выше крыши.
Алиса с Питером проводили глазами бесшумно проскользнувший на высокой скорости мимо них флагман Сената - двухкилометровую громадину, один из пяти, охраняющих Галактический центр и сам Сенат. Вокруг него, ровно держа строй, летели десятки истребителей сопровождения, казавшихся просто сверкающими точками на фоне махины флагмана.
На орбите Галактического центра потоки кораблей разделялись и упорядочивались во избежание хаоса. Лайнеры продолжали следовать прямым курсом на посадку, служебные корабли уходили на свои космодромы, частные звездолеты направлялись к огромной базе, сооруженной в противоположной точке орбиты планеты. Там они швартовались, и уже оттуда на Центр людей перевозили просторные космические автобусы. Питер развернул корабль к базе, переговариваясь с диспетчерским кораблем. Швартовочный номер им был благополучно присвоен, и, выслушав от диспетчера "добро пожаловать", они проследовали по любезно предложенному оптимальному курсу. По пути они миновали верфи Сената - главные верфи Галактики. Именно здесь, в огромных сооружениях, висящих в пустоте, собирались самые комфортабельные лайнеры и самые мощные флагманы. Алиса насчитала подряд двадцать пять подобных верфей. База поражала еще больше. Эта неправильной формы конструкция была величиной с небольшую луну. Состоявшая, в основном, из причалов, складов и терминалов, она являла собой как бы один невероятных размеров космодром. Когда их корабль вплотную подошел к нужному им причальному узлу, Алиса пораженно заметила, что базе свойственна даже такая вещь, как горизонт, настолько грандиозной она казалась вблизи.
После швартовки им пришлось целый час ждать мест в пассажирских транспортах на Галактический центр. В многоязыком галдеже у Питера заболела голова, и он поминутно морщился от громких криков какого-то веганца, у которых, как известно, слух намного хуже нашего.
Только когда транспорт высадил их в главном пассажирском космопорте Галактического центра, Алиса почувствовала себя уверенно. Именно сюда она прилетала в свои прошлые посещения планеты, и здесь уже могла ориентироваться в многочисленных уровнях и залах.
Когда они, наконец, добрались до главного офиса Галактического Патруля, двухсотметровой высоты здания, протянувшегося на целый квартал, Питер совсем скис. Ему было явно не по себе в этом муравейнике.
В просторной приемной играла мягкая музыка. Несколько телевизоров показывали новости со всей Галактики. За прозрачной, почти невидимой, стеной сидела девушка, по возрасту, вряд ли старше Питера. Алиса подумала, что она очень красивая и даже украдкой взглянула на Питера, наблюдая, какое впечатление та на него произведет. Однако по его взгляду Алиса поняла, что он с большим удовольствием проявил бы внимание к самой Алисе, чем к девушке. В который раз Алиса убедилась, насколько вкусы мужчин лежат в иной области, чем часто кажется женщинам.
- Нам срочно нужен инспектор Карл Кром.
- Одну минутку, я узнаю. Как вас представить?
- Скажите: Алиса Селезнева. Он меня прекрасно знает.
- Очень хорошо. Подождите.
Алиса и Питер обменялись ироничными взглядами. Девушка была крайне любезна.
Через минуту они услышали:
- Извините, но старший инспектор Кром, в данный момент не сможет вас принять. Он в системе, но неотложные дела позволят ему вернуться только к вечеру. Если вы по служебному вопросу, я могу предложить вам обратиться к любому свободному инспектору.
Алиса взглянула на Питера. Тот пожал плечами.
- Дело срочное. Наверное, надо согласиться с таким предложением.
- Очень хорошо, - казалось, девушка безумно рада, - пройдите, пожалуйста, к лифту номер восемнадцать и поднимитесь на сорок второй этаж. Там вас уже будут ждать.
"Один с топором, двое с носилками", - сказала Алиса про себя и еле сдержала смешок.
Ожидавший их на сорок втором этаже человек был маленьким и упитанным. Его круглая, коротко стриженая голова покоилась прямо на широких плечах, шея игнорировалась. Рот коротышки постоянно находился в готовности к смеху, а маленькие глазки, похоже, подмечали всё с одного взгляда.
Они прошли в просторный кабинет с псевдопрозрачными стенами. С сорок второго этажа открывался неподражаемый вид на центральную часть города.
- Итак? - начал коротышка, когда усадил их в кресла, - меня зовут инспектор Альберто Барези. Я, кстати, работаю под началом уважаемого старшего инспектора Крома, к которому вы приехали, госпожа Алиса Селезнева.
Произнося ее имя, инспектор чуть заметно улыбнулся.
- Значит, его повысили? - поинтересовалась Алиса.
- Несомненно. Теперь он - начальник подотдела Оперативного отдела.
- Рада за него, - сказала Алиса, - а это мой друг - Питер Страуб. Мы к вам по очень срочному делу.
- Слушаю вас внимательно. Если госпожа Селезнева говорит, что дело срочное, то это, несомненно, так.
Теперь он уже улыбнулся гораздо шире.
- На научную базу в системе Мальтурии произведено нападение, - опередил Алису Питер, - шесть человек погибло. Мы сами еле выбрались оттуда.
Питер, безусловно, доставил самому себе удовольствие этими словами, наблюдая за реакцией инспектора Барези.
Тот мгновенно стал крайне серьезен.
- Вы понимаете, что такие важные сведения должны основываться только на фактах. Откуда вы знаете, что погибли люди?
- Мы видели тела.
- Их застрелили? Из какого оружия?
- Нет, инспектор, - Питер ядовито улыбнулся, - один разорван пополам, двое обезглавлены, один заживо сгоревший, один пробит насквозь, один умер от отравления в результате повреждения скафандра.
- Надеюсь, это не какие-нибудь странные шутки, молодой человек?
- Послушайте, - вмешалась Алиса, - ни о каких шутках нет и речи. Вы должны нам полностью доверять. Кто-то раскурочил всю станцию, убивал, преследовал нас, угнал наш корабль. Мы еле спаслись.
- Как он выглядел? Это был человек, инопланетный?
- Во-первых, мы полагаем, что их было несколько. Во-вторых, мы ни одного из них не видели. Даже биоискателями они не определяются.
- Очень интересно. Посидите-ка здесь минутку.
Инспектор вышел, а Питер промолвил недовольно.
- Надо было действительно ждать твоего знакомого. Пока они тут разберутся, пройдет куча времени.
Барези вернулся со среднего роста чернокожим мужчиной, державшим в руках какую-то папку.
- Это инспектор Холл. Познакомьтесь, пожалуйста. И расскажите всё поподробней.
Алиса увидела, как при виде инспектора Холла, Питер сразу внутренне напрягся, даже сел прямо, словно струна. Она поняла, что рассказывать придется ей. И она бегло рассказала инспекторам их злоключения на Мальтурии, опустив лишь предысторию и выяснение отношений с Питером в подвале реакторного отсека. Никто не задавал ей вопросов, и она поняла, что всё это будет потом, и что ее еще не раз заставят повторить эту историю.
- Скажите, - спросил Холл низким голосом у Питера, - ваша фамилия Страуб? Я правильно понял?
- Да. Правильно.
- Вы знали человека по имени Дэвид Страуб?
- Да, это мой брат. Но какое отношение это имеет к нашей истории?
- Видите ли, я участвовал в расследовании того, что произошло с вашим братом...
- Я знаю, - быстро произнес Питер.
Теперь Алиса всё поняла.
- Кстати, уважаемая Алиса, вы ведь тоже имели какое-то отношение к тому делу...
- Я не понимаю, - Алиса нахмурилась, - зачем вы вспоминаете давние дела? При чем тут это? Разве вы не понимаете, что дорога каждая секунда?
- Уважаемая госпожа Селезнева, - терпеливо сказал Барези, - бывает, оказываются важны разные обстоятельства, на первый взгляд вроде бы и не имеющие прямого отношения к самому делу.
- А с какой целью вы прилетели на Мальтурию? - спросил вдруг Холл.
Алиса поняла, что сейчас придется врать и внутренне вся сжалась. Ей еще не приходилось врать инспекторам Патруля. Хорошенькое начало для расследования. Но Питер избавил ее от необходимости придумывать отговорки.
- Это я предложил Алисе принять участие в экспедиции, которую организовывал.
- Вы организовывали экспедицию?
- Да. И пятеро из убитых были моими друзьями. Они полетели вперед.
- Так. Почему же вы сразу не сказали, что, оказывается, знали убитых?
- Да какая разница, знал, не знал? Разве в этом дело?
- Ну, как же, - прищурился Барези, - разница есть.
- А почему вы предложили участие в экспедиции именно госпоже Селезневой?
- Потому что она отличный специалист в своей области.
- Но она же еще совсем молода.
- Какое это имеет значение, если она замечательный ученый? О чем вы, вообще, спрашиваете?
- А вы что скажете по этому поводу, госпожа Селезнева?
- Я скажу, что вы какие-то странные инспектора. Вместо того чтобы послать на Мальтурию крейсер со следственной группой, вы выясняете насколько я подхожу для научной экспедиции.
- Уважаемая Алиса, так не пойдет, - улыбнулся инспектор Барези, - мы выполняем свою работу. Поверьте, нам виднее, какие вопросы следует задавать. Обязательно доберемся и до деталей. Но сначала следует узнать общую картину. Так сказать, фон.
- Давайте сделаем так, - предложил инспектор Холл, - господин Страуб сейчас пройдет в другой кабинет, и вы оба напишете, что каждый из вас видел, а там мы посмотрим.
- Вы же теряете время! - воскликнула Алиса, - мы специально летели сразу в центр, чтобы расследование пошло побыстрее.
- Расследование уже идет, госпожа Селезнева, - сказал Холл, - мы только хотим, чтобы вы ему помогли.
Алиса уже полчаса стучала на компьютере показания. Она понимала, зачем инспектора это сделали. Потом они сравнят то, что напишут они оба и будут искать противоречия. Как будто они были обвиняемыми. Алиса сразу заметила, с каким подозрением к Питеру относится Холл. Неужели, они действительно способны подумать, что он мог всё это наделать? Какая-то бессмыслица!
После того, как Алиса передала Барези листок, тот положил его перед собой и посмотрел на Алису мягко и участливо.
- Ответьте мне, пожалуйста, на такой вопрос. За время, пока вы летели, и потом, на планете, Страуб вел себя как-то странно, необычно?
- Что вам от него надо? Он хороший человек. Я вам за него ручаюсь.
- Это замечательно, что вы за него ручаетесь. Так значит, вы не заметили ничего такого?
- Да нет же, нет, не заметила!
- Он упоминал про своего брата в разговорах с вами?
- Я не хочу отвечать на такие вопросы! Я так поняла, что вы решили всё свалить на него? Ничего у вас не получится. Никуда не годные вы инспектора, если честным людям не верите.
Барези, похоже, слегка смутился.
- Но, послушайте, уважаемая Алиса, вы ведь его почти не знаете. А я вам могу сказать, что он всегда характеризовался, как человек крайне неуравновешенный, с дурным характером, странными причудами и привычками. У его брата это просто было развито посильнее. Вы ведь знаете, к чему это привело. И опять тут связь с вами. Трудно поверить, что человек, который обвинял вас в смерти собственного брата, который был ему так дорог, вдруг берет вас в свою экспедицию. Он ведь обвинял вас, если вы не знаете. И потом, по поводу этой экспедиции. Позвольте усомниться. Вы вот упрекнули нас в отсутствии оперативности, а мы, пока вы писали, навели справки. Ни о какой экспедиции ни его коллегам, ни домашним, ни руководству не известно. Более того, узнав от Страуба имена его погибших друзей, мы связались с их семьями. Так вот, там тоже никто не знает ни о какой экспедиции, и им даже не известно, куда полетели их родственники. Вам всё это не кажется весьма странным?
- О, инспектор, вашу-то активность, да в другом направлении! Вы идете по ложному следу. Никакого отношения к нападению на базу он не имеет. Просто это случайное совпадение. Пошлите корабль на Мальтурию.
- В таком случае, госпожа Селезнева, я вынужден констатировать, что вы не говорите всей правды.
Алиса колебалась. Может быть, действительно рассказать инспектору об обмане Питера и его планах жестоко разыграть Алису, отомстив ей за, как он считал, ее вину в смерти брата. Но это только увеличит подозрения против Питера. Алиса чувствовала абсурдность ситуации, ей хотелось кричать об этом, но она понимала, что должна вести себя сдержанно, иначе ее никто не будет воспринимать всерьез. От затруднительного положения ее спас Карл Кром, стремительной походкой вошедший в кабинет.
Худой и высокий, с длинным прямым носом Кром походил на журавля. О его интуиции в Патруле ходили легенды. Ему поручали самые загадочные и запутанные дела, которые он вел сразу по несколько штук. Это был сейчас самый подходящий Алисе человек.
- Здравствуй. Как жизнь, Алиса? - бросил он на ходу, - как родители?
- Родители в порядке. Чего не скажешь о моем положении. Объясните, наконец, вашим коллегам, что они заблуждаются.
- Давай не будем торопиться с выводами, - Кром присел на секунду, но потом снова вскочил. Видно было, что его голова сейчас занята сразу несколькими проблемами, - расскажи всё по порядку лично мне и, пожалуйста, постарайся максимально придерживаться фактов. Меня из-за тебя оторвали от важного расследования.
- Как будто мы пришли сюда развлекаться! - возмутилась Алиса.
- Ладно, не обижайся. Я тебя внимательно слушаю.
По мере того, как Алиса рассказывала, Кром сначала ходил, потом сел, постепенно рассказ Алисы вытеснил у него из головы прочие дела, и чем дальше, тем больше он хмурился.
Он почему-то не стал задавать Алисе вопросы, а только о чем-то напряженно думал, как будто силился что-то важное вспомнить. Потом он встал и, подойдя к одной из стенок, приказал:
- Карту Галактики.
В одну секунду прозрачная поверхность затуманилась, превратилась в ночь, и на ней проступила центральная часть гигантской спирали, с выделенными яркими точками исследованных планет и баз.
- Мальтурия, - сказал Кром компьютеру.
Одна из точек в правом нижнем углу засветилась ярко-оранжевым светом.
Потом старший инспектор сказал фразу, которую Алиса не поняла:
- Область голема.
Рядом с Мальтурией появилась небольшая окружность. Кром жестом подозвал Барези, и они начали вполголоса что-то обсуждать. Алиса заметила, как Барези внезапно побледнел и бросил быстрый взгляд в сторону карты, а потом на Алису. Потом Барези едва ли не выбежал из кабинета.
- В чем дело? - спросила Алиса. Но Кром покачал пальцем, призывая ее к терпению. Он был крайне взволнован.
Через минуту в кабинет вошли Холл с Питером. Питер выглядел подавленным. Алиса постаралась поддержать его взглядом, хотя прекрасно понимала, насколько ему неприятно было выслушивать подозрения инспекторов.
Холл подошел к Крому, и сцена повторилась. Опять Кром что-то объяснял, а его помощник, в результате, разволновался.
Он обернулся и попросил поточнее описать человека в легком скафандре, лежащего в коридоре с разбитым шлемом. Алиса сделала это, как могла.
- Розенталь, - промолвил Холл и покачал головой.
Кром хмуро кивнул.
Наконец Кром сел напротив Алисы с Питером и спросил:
- Значит, вы не видели нападавших?
- Нет.
- Ни разу, даже мельком?
- Ну, - Алиса замялась, - я видела силуэт, какую-то долю секунды. Он был низкорослый, многорукий и кого-то ужасно напоминал.
Кром покачал головой.
- Так. А когда приземлился ваш корабль, в нем вы никого не нашли?
- Да, я тысячу раз говорила.
- И роботы ничего не могли вспомнить?
- У нас, по крайней мере, ничего не получилось из них вытянуть.
- Вы прилетели на Мальтурию семь земных суток назад, а улетели пять суток назад?
- Совершенно точно.
Кром снова закивал головой.
- Ясно. Произошла чудовищная ошибка. Всё дело в эксперименте под названием "Проект Голем". Эксперимент секретный, по разработке новой тактики борьбы с планетарными и космическими силами. Я не должен был про него рассказывать, но лучше вам быть в курсе, иначе в прессе поднимется грандиозный скандал.
В это время вернулся Барези. Он нес с собой кипу каких-то документов, которые тут же разложил на столе и стал их просматривать.
- Так вот, - продолжил Кром, - эксперимент проводился в официально неисследованной области Галактики вблизи Мальтурии. Там есть несколько пустынных систем.
- В чем он заключается, ваш эксперимент? - Алиса вдруг почувствовала, что совсем недавно допустила какую-то страшную ошибку.
- Начнем с того, что эксперимент не наш, а отдела военных разработок. В двух словах, крейсер Патруля наводил на несколько выбранных систем специальное поле, воздействующее на мозг высокоорганизованных автоматов. То есть, в основном, на роботов последних поколений, которые применяются в массовом порядке.
- Как действует поле? - мрачно поинтересовался Питер.
- Оно усиливает связи между нейристорами. Проще говоря, у роботов появляется разумное мышление.
- И что это дает?
- Роботы становятся неуправляемыми. Это, по меньшей мере, парализует противника. Роботы не подчиняются командам, начинают разворовывать нужные им материалы, выдвигают к людям безумные требования. Но всё это - цветочки! На самом деле задачи ставились еще более далеко идущие. Для этого воздействовали полем на разные группы роботов, разных конструкций и поколений. Выяснилась яркая закономерность. Чем проще робот, чем меньше в нем, грубо говоря, ума, тем агрессивней и безумней он становится при воздействии поля.
- Вы хотите сказать, что Мальтурия попала в действие вашего поля? - ужаснулась Алиса.
- Скорее всего. Что-то не рассчитали, наверное. Или просто подумали, что на пустынной планете никакого вреда не будет. Кто мог знать, что там окажетесь вы?
- То есть, это всё натворили обычные роботы? - пораженно произнес Питер.
- По всей видимости. Я вам даже могу восстановить картину того, как это, наверняка, происходило. Роботы-изыскатели как раз относятся к разряду самых простых, ремонтник несколько сложнее, но не очень. Эти три робота расконсервировались под действием поля первыми. Знаете, с чего они начали? Стали уничтожать себе подобных.
- Варварство какое-то! - удивилась Алиса.
- Ничего странного. Так ведут себя все примитивные дикари. Уничтожают конкурентов. Далее они занялись аппаратурой и автоматикой. Всё это было им родственно и потому они, видимо, посчитали их потенциально опасными. Следующим шагом стало нападение на людей. В их памяти сохранился этот образ. Когда ваши друзья вошли на базу, роботы убили их поодиночке. Способы убийства показывают, насколько дик их вид мышления. Именно на подобные действия и рассчитывали разработчики поля. Дабы помешать дальнейшему вторжению людей, роботы принялись уничтожать необходимые человеку средства. Кислород, связь, энергию. Отрезали возможные отступления со станции. Вам просто повезло, что вы нашли кислород.
- А разбитый катер, человек в коридоре?
- С Патрульного крейсера был послан катер для изучения района. Видимо, организаторы эксперимента все-таки опасались разных проколов. На катере летел младший лейтенант Патруля Майкл Розенталь. Он пропал. Его до сих пор не могут найти. Теперь ясно, что с ним случилось. Увидев посадку катера, роботы устремились к нему, взорвали, потом преследовали Розенталя до самой станции. В результате, он умер. Почти так же вышло с вашим кораблем. Но здесь они действовали умнее. Двое помчались к кораблю, один - скорее всего, ремонтник - остался внутри и наблюдал за вами. Напасть он не решился. Ждал своих товарищей.
- А как же получилось, что роботы вернулись на корабле обратно?
- Не знаю. Наверное, не смогли разобраться с управлением, или еще по какой-то причине.
- А когда подошли мы, действие поля кончилось? - спросила Алиса, - и они уже ничего не помнили?
- Нет, - Кром покачал головой, - поле действует долго. Усилить связи между элементами мозга можно очень быстро, практически мгновенно, но вот распадаются они долго. Месяц, два, может, больше. Так что роботы проявили с вами некоторую хитрость. Притворялись идиотами.
- Не понимаю, зачем? - удивился Питер.
- А я понимаю, - похолодела Алиса. Она, наконец, вспомнила, что за ошибку совершила.
- Наверное, они хотели, чтобы вы сами их куда-нибудь отвезли, - предположил Кром, - как хорошо, что вы оставили их на Мальтурии.
- Вовсе нет, старший инспектор. Роботы оказались умнее нас, - произнесла Алиса в полной тишине, - они здесь, в нашем корабле. Мы взяли их с собой.
Тишина длилась еще ровно секунду. Потом Кром вскочил и помчался к двери, на ходу командуя Холлу:
- Штурмовой отряд к шестьдесят второму причалу. Перекрыть всю западную зону. Остановить посадку на базу. Людей, людей надо вывозить...
Алиса вскочила с намерением следовать за Кромом, но Барези не позволил ей и шагу ступить. Питер пытался объяснить ему, что он очень хорошо знает корабль и может помочь, но инспектор остался непреклонен.
- Да, поймите вы, они давно уже выбрались из корабля. Не станут они ждать, пока до них доберутся. Пойдите пока прогуляйтесь, посмотрите Музей. Там недавно выставлена новая коллекция чучел с Пилагеи.
Наконец, Алисе надоело ругаться, и она поинтересовалась на счет Мальтурии.
- Не беспокойтесь, - коротышка сделал успокаивающий жест, - крейсер с Атласа давно уже в пути. Не надо думать о нас чересчур плохо.
Алиса была удивлена, что Питер не ругался, и не возмущался, хотя ему можно было бы даже подать в суд на Галактический Патруль за некорректное отношение.
Именно об этом она у него и спросила, когда они стояли в роще сорокаметровых дубов с толстенными стволами. Алиса больше всего обожала это место на всем Галактическом центре. Подлеска почти не было, и вся роща просматривалась насквозь, как гигантская колоннада.
На вопрос Алисы Питер только махнул рукой.
- Перестань, я привык к такому отношению. Предъявлять претензии - значит затеять склоку, а я этого терпеть не могу. Пусть лучше всё остается, как есть. Я даже не уверен, что кто-то ответит за гибель шестерых человек. Но их теперь не вернуть, и исками дела не исправишь.
Алиса только пожала плечами. Она не стала больше обсуждать эту тему, хотя внутренне ей было очень неприятно ощущать несправедливость, которую испытывает в жизни этот человек, пусть она так и не прониклась к нему настоящей симпатией. Ей было грустно, что могут происходить такие страшные ошибки, но, иначе, как несчастный случай, она этого трактовать не могла.
Они гуляли по роще молча. Им обоим было о чем подумать. До вечера они решили остаться здесь. Пока не станет известно, обезврежены ли сумасшедшие роботы. Два часа они слушали тишину, пока ветер не донес до них обрывки фраз из новостного канала, включенного где-то на полную громкость.
Алиса вынула пульт и нажала кнопку. В воздухе появился экран телевизора. Весь Галактический центр был оборудован переносной телевизионной сетью.
- Сегодняшние местные новости, - попросила Алиса.
Молодой диктор, синтезированный компьютером, приятным голосом сообщил, что на базе Центра полчаса назад кончился бой. Бойцы Патруля уничтожили неизвестных злоумышленников, вторгшихся на базу. Никто из людей не пострадал. Конечно, ни слова не было сказано о роботах и экспериментах.
- Что ж, - сказала Алиса, - нам пора возвращаться на корабль.
- Ты не хочешь еще раз повидаться со своим знакомым?
- Может я и хотела бы задать ему несколько вопросов, но ему сейчас не до меня.
- Они нас так отпустят?
- Не сомневайся. Они сидят по уши в... болоте, как выражается один мой приятель из пиратской среды. Кроме того, показания они с нас сняли. Если что-то еще понадобится, найдут на Земле. А мне пора учиться. Один плюс, что пропустила совсем мало. Меньше, чем ожидалось.
Когда они добрались до космопорта, сообщение с базой уже снова открыли. Правда, в залах скопилась толпа ожидающих. И именно в их зону. Не смотря на то, что были запущены дополнительные транспорты, на посадке яблоку негде было упасть. И все обсуждали происшедшее. Алиса каких только версий не наслушалась, пока они не вылетели с планеты в переполненном космическом автобусе.
Около их корабля дежурила охрана. После того, как Питер предъявил кодовый ключ от корабля и свои документы, охранники связались с начальством.
- Что я тебе говорил, - сказал Питер Алисе, - просто так не отпустят.
- Погоди, - уверенно помахала она ладонью, - никуда не денутся.
Через пять минут переговоров старший охранник взял под козырек и снял охрану с корабля.
- Вот видишь, - улыбнулась Алиса, - лишний шум им не нужен.
Полчаса спустя они вывели корабль из шахты. И Алисе, и Питеру хотелось побыстрее оказаться на Земле. Алиса, в который уж раз, взялась за отработку курса. Корабль медленно дрейфовал от центра системы, когда Питер вдруг сказал:
- Похоже, мы сломались.
Алиса бросила беглый взгляд на пульт. Не было никаких сообщений о неисправностях. Компьютер тоже молчал.
Алиса вопросительно посмотрела на Питера.
- Я никак не могу активизировать двигатели. Как они выключились после выхода с причала, так и молчат.
- Думаешь, роботы могли сломать что-нибудь?
- Неужели мы бы не увидели?
- Так в чем же дело?
- Такое чувство, что сигнал с пульта не доходит до двигателей.
- Было бы сообщение компьютера.
Питер развел руками.
- Ну вот, - раздосадовалась Алиса, - не хватало нам еще просить помощи в самом центре цивилизации.
В этот момент двигатели заработали.
Алиса облегченно вздохнула.
- Всё в порядке?
- Не совсем, - Питер выглядел растерянным, - они включились в другом режиме.
- Как это? - не поняла Алиса.
- Двигатели работают в режиме подготовки к форсажу. Чушь какая-то!
- Переведи их в другой режим.
- Я пытаюсь. Не выходит ничего.
Алиса повернулась к компьютеру. Она выдала ему несколько стандартных запросов. Через минуту экран потух.
- Вот черт! - воскликнул Питер за спиной, - он делает маневр разворота.
- Кто он? Питер, компьютер вырубился.
- Корабль. Такое ощущение, что им управляют извне.
- Выключи реактор.
- Пульт для него, как будто, не существует.
Алиса увидела, как корабль повернулся к Галактическому центру и начал набирать скорость.
- Нам надо срочно вызывать помощь, Алиса. Что-то странное творится.
- Связь тоже молчит.
Алиса стала включать всё подряд на пульте. Реакция была нулевой.
- Надо срочно предпринимать меры.
Алиса напряженно размышляла. В это время на экранах появились три истребителя Галактического Патруля.
- Диспетчер, наверное, не мог связаться и их вызвал. Они тоже сейчас вовсю пытаются.
Питер кивнул в сторону истребителей, закладывающих виражи перед носом их корабля.
- Хватит у них огневой мощи, чтобы нас уничтожить? - поинтересовался он.
- Они не могут в нас стрелять, - возразила Алиса задумчиво, - на борту люди.
- Смотря в какой ситуации, - отозвался Питер, вглядываясь в экран.
- В любой... Питер, я знаю, в чем дело. Нами не извне управляют. Это сам корабль. Вернее, его компьютер. Он же тоже попал в зону действия поля. Никто, кажется, не подумал об этом. Может, катер Розенталя тоже погиб таким же образом. Врезался в планету, а пилот еле успел катапультироваться?
- Тогда все крейсера, проводившие эксперимент, сошли с ума. Вот это результат, так результат! На все сто. Начальство будет довольно.
- Меня сейчас больше волнует пятьдесят миллионов человек на планете под нами, - произнесла Алиса, глядя на увеличивающийся шар Центра, - мы можем разрушить компьютер или только управление реактором.
- Для этого его надо сперва выключить. Иначе он мгновенно взорвется.
- Других способов нет?
- Нет.
- Веселая перспектива.
- Я думаю, Алиса, истребители все-таки начнут стрелять, когда не останется другого выхода. Так что нам надо просто катапультироваться.
- Размечтался! Это не катер. Здесь мы без компьютера даже этого не сможем. Один выход, открывай дверь и прыгай, может подберут.
- Значит, будем прыгать?
- А вдруг они не станут стрелять? Сколько людей погибнет. Нет, надо обязательно что-то сделать самим.
- Кажется, я придумал, - Питер хмуро взглянул на Алису, - должно помочь.
- Замечательно! Тогда действуем. Времени почти нет.
- Сперва наденем скафандры.
Вакуумный скафандр для выхода в открытый космос устроен таким образом, что в него можно облачиться за несколько секунд, буквально, впрыгнуть. Всякие бывают ситуации. Эти скафандры хранятся прямо в рубке.
- Иди в шлюз, - сказал Питер, когда Алиса залезла в свой, - я свяжусь с тобой по радио и скажу, когда пора прыгать.
- А ты?
- А я чуть попозже. Незачем рисковать обоим. Способ довольно опасный.
- Что ты придумал?
- Можно пустить реактор вразнос. Сорвать предохранители. Тогда останется достаточно времени, чтобы выпрыгнуть. Но всё это можно сделать и одному. Так что иди в шлюз и жди моей команды.
- А взрывом нас не накроет?
- Когда мы выпрыгнем, то будем иметь скорость корабля и лететь рядом с ним. Но освобожденный реактор резко увеличит тягу. Корабль нас обгонит и взорвется вдалеке. А нас подберут истребители.
- План замечательный. Только не задерживайся дольше, чем надо.
- Ни за что.
Алиса стояла в шлюзе и хотела помочь Питеру изо всех сил, но понимала, что просто не разбирается в устройстве реактора и будет только мешать. Лишь поэтому она согласилась выпрыгнуть первой. Всё происходило так быстро, что Алиса даже не успела, как следует испугаться, и только теперь к ней начал проникать страх. Мысль о том, что ей сейчас предстоит, буравила ее мозг, и Алиса боялась, сможет ли она открыть внешний люк. В этот момент она услышала в шлемофоне голос Питера. Он звучал умиротворенно.
- Всё, Алиса, прыгай. Удачи тебе.
- Ты сделал?
- Да, всё в порядке. Времени на переговоры нет. Прыгай.
- Я подожду тебя.
- Да ты с ума сошла! Мы же договорились. Прыгай немедленно! Реактор уже освобождается.
- Но ты прыгнешь?
- Прыгну. Не беспокойся за меня. Я уже иду.
"Я уже иду" подействовало на Алису. И еще на нее подействовало то, что не может понять ни один человек, не ощутивший просыпающийся галактический реактор. У нас нет органа чувств, чтобы услышать это тихое ворчание, становящееся всё громче и громче. Оно звучит как будто в наших костях. Оно за секунду превращает в трясущегося зверя самого отважного из нас. От этого чувства хочется бежать куда угодно, лишь бы убежать как можно дальше. Алиса ощутила проникающий внутрь нее животный ужас перед могучей стихией. Так, наверное, чувствует себя человек, увидев ядерный гриб на горизонте.
Алиса судорожно замолотила кулаком по панели. Люк медленно отодвигался, открывая черную бездну и мгновенно ставшими гораздо контрастней звезды и точки кораблей. Алиса не видела этого. Она видела только освобождение, выход. Мозг полностью отказался анализировать впечатления. Алиса вывалилась в люк, как завзятая парашютистка и закувыркалась в пространстве оттого, что оттолкнулась чересчур сильно.
Она была похожа на муху, попавшую в чашку чая. И в ее голове было не больше мыслей, чем у той мухи. Тело реагировало на пустоту спазмами в животе и мурашками, бежавшими по всей коже.
К Алисе вернулся рассудок только тогда, когда серая глыба корабля, висевшая рядом с ней, сначала медленно, а потом быстрее и быстрее стала уходить, уноситься куда-то вперед, пока не превратилась в яркую точку. Вслед за ней метнулись три искорки. Пилоты истребителей никак не могли ожидать такого форсажа от заурядного грузовика.
- Питер! - позвала Алиса без особой надежды на успех.
В эфире слышался только сплошной треск. Радио в скафандре явно не было рассчитано на такие расстояния.
И тут... свершилось. В стекле скафандра Алисы сработал светофильтр, затемнив его почти до черноты. Казалось, что вся Вселенная заполнилась светом. Он был белым и таким ярким, что на Галактическом центре в течение нескольких секунд наблюдали два солнца. Возможно, во всей Галактике лишь несколько генералов назвали бы зрелище взрыва реактора привычным. Но для всех остальных, прежде всего для Алисы, это было откровением. В такие секунды человек на себе ощущает, какие силы заставляет себе служить, и удивляется собственной гордыне.
Безмерное восхищение чудовищной вспышкой владело Алисой около двух минут. В это время она полностью забыла о своем плачевном положении. Заметили ли ее с истребителей, или нет? И целы ли сами истребители после такого взрыва? Эти мысли тут же пришли Алисе в голову, как только она начала связно соображать.
Она забыла, что вспышку видели миллионы людей и все службы системы. Сюда спешат десятки кораблей, чтобы оказать помощь. Ей казалось, что она совершенно одна и вполне может так случиться, что ее никто так и не найдет. Ее замерзший труп выловят через тысячу лет и выставят в музей, как пример героизма космических первопроходцев.
Первым вопросом Алисы, когда ее подобрал медицинский бот, был:
- Вы нашли Питера?.. Второго человека с корабля?
И увидев недоумевающие взгляды врачей, обступивших ее, она откинула голову на подушку. По ее длинным ресницам бежали слезы.
Позже Кром объяснял ей, сидя в большой гостиной своего дома, что Питер, конечно, сразу решил обмануть Алису. Никуда прыгать он и не собирался. Реактор так просто не освободишь. Кроме пяти обыкновенных предохранителей в самый последний момент перед взрывом сработают потайные предохранители. Их нельзя обнаружить, пока они не включатся. Поэтому придется сидеть в реакторном отсеке до самого конца. И Питер прекрасно это знал. Из-за этого он и не смог спастись.
Но Алиса чувствовала, что главной причиной был Дэвид, брат Питера. Питер пошел наперекор судьбе. Он знал, что поступок его брата будет висеть над ним всю жизнь. Тогда он решил совершить то, что могло бы заставить людей вспоминать их фамилию не в связи с массовым убийством тысяч людей, а, напротив, спасением миллионов. Скорее всего, это решение появилось у него моментально, по наитию.
- Но для него абсолютно верное, - сказал Кром.
Да, Алиса знала всё это. Знала, что не было другого выхода, знала, что сейчас миллионы людей благодарят человека, спасшего их от моментальной смерти, несут цветы на то место, где собираются строить памятник в центре города, в центре планеты, в центре всей Галактики. Что так должен был поступить любой на месте Питера. Но отчего тогда ей казалось, что могло быть всё совсем по-другому? И отчего теперь всякий раз, когда она начинала разбирать письма, ей так хотелось плакать?
Автор PINHEAD
 
 


Ждем ваших работ

МИЕЛОФОНстрелкаТВОРЧЕСТВОстрелка
ТВОРЧЕСТВОстрелкаВИДЕО И ФЛЭШ
| ВИДЕО | REAL-ВИДЕО | ВИДЕО В MPEG4 | ФЛЭШ |
Сайт открыт 1 июля 1999 года.

© Материалы - Наталья Мурашкевич

Прозаики Поэты Вернисаж Музыка Видео и флэш