ТВОРЧЕСТВО. ПРОЗА.
 
 
ПРОЗА
Pinhead.
ЖИВОЙ.
Автор: PINHEAD
РАССКАЗ - 2.

Юргенкранц сидел за дубовым столом в кабинете и пил кофе. Настроение его было прекрасным. Тонкая чашечка китайского фарфора взлетала к его губам стремительным посланцем обжигающей жидкости и так же быстро ныряла обратно на серебристую поверхность подноса. На среднем пальце левой руки вспыхивала звезда густо-синего сапфира отраженным блеском электрической лампочки из причудливого завитка светильника. Со стены позади стола взирал высокий пожилой человек с вытянутым лицом, одетый в костюм восемнадцатого века и держащий за поводок охотничьего пса. В глубине огромного кабинета возвышались резные шкафы из черного дерева, заполненные томами огромных форматов, сейчас не видимые в полумраке, освещаемом лишь небольшой лампой со стола Юргенкранца. Он переложил несколько листков ослепительно-белой бумаги из небольшой стопки в углу стола поближе к себе и принялся в который уже раз изучать сложные узоры тонких карандашных линий и размашистый почерк Броковича.

Покончив с кофе, удовлетворенно хмыкая в густые усы, Юргенкранц открыл инкрустированную коробку и достал длинную сигару. Вставив ее в серебряный резак в виде фигурки смерти со стальной косой, он одним движением снес сигаре кончик, основательно ухватил ее зубами и прикурил от огромной настольной зажигалки. Выпустив клуб дыма, тут же застлавшего освещенный участок комнаты голубоватыми колеблющимися слоями, Юргенкранц взял один из листков и, одобрительно покачивая головой, стал бормотать про себя что-то вроде: «Она оставила меня, лишь на два дня, лишь на два дня…» низким хрипловатым баритоном.

Чертов поляк был гением! В этом Юргенкранц ни на минуту не сомневался.

 

Экскурсия была скучна. Алиса не представляла, зачем вообще она согласилась сюда пойти. Если бы не настойчивость Аркаши, буквально силой потащившего ее в Рольфсбург, Алиса предпочла бы остаться в номере и изучать хронику галактических происшествий. Робот-экскурсовод рассказывал о каких-то банальных подробностях жизни старинных обитателей замка с такой значительностью, словно бы они являлись важными историческими открытиями. Алиса была удивлена, когда увидела, что Аркаша записал всю информацию, да еще и снял на камеру некоторые огромные унылые залы. На все настойчивые расспросы он лишь что-то бурчал в ответ. Ему свойственно было это погружение в себя, когда он гнался за важной идеей по лабиринту собственного изощренного мозга. В который раз Алиса вглядывалась в его сосредоточенное лицо, но видела только полуприкрытые круглые глаза и сжатые тонкие губы на бледной веснушчатой физиономии. Ей оставалось скучая вдыхать пахнущий сырым камнем воздух и пропускать мимо ушей факты с исторической свалки, каковой являлся Рольфсбург.

С тринадцатого века, когда был достроен замок, он много раз осаждался и еще чаще перестраивался. С того дня, как юный принц Конрадин подходил к его стенам в попытках вернуть Штауфенам императорскую корону, в стенах замка вряд ли остался хоть один камень. Судя по рассказам робота-экскурсовода, беспокойные дни Рольфсбурга кончились едва-едва на рубеже двадцать первого века, когда в нем случился последний крупный пожар. Пожалуй, это всё, что Алиса смогла запомнить из всей экскурсии. Она думала совсем о другом. Ее занимал один забавный казус, который ей предложили двое совершенно очаровательных естествоиспытателя вчера на конгрессе. Оба сильно напоминали сонных кур. Сейчас, вспоминая сколько времени она потратила, чтобы дослушать их беседу, Алиса улыбалась и думала, что долготерпение обычно вознаграждается. Ее вывел из состояния задумчивости громкий голос Аркаши. Обычно он так шумно изъяснялся только когда был крайне возмущен.

- Нет, нет, я настаиваю… - повторял он, строго нависая над приземистым роботом.

Алиса вовремя удержалась от недоуменного вопроса. Если Аркаша поймет, что она всё пропускала мимо ушей, он смертельно обидится. Он настоятельно просил ее быть повнимательней перед походом в замок. Но как тут быть внимательной, когда скука буквально висела в воздухе.

- Пока это невозможно, - отвечал робот по-немецки, отступая от такого настойчивого туриста, - там сейчас еще ведутся восстановительные работы. К тому же своды…

- Вы не понимаете! – Аракаша взмахнул руками. – Я приехал сюда специально, чтобы увидеть старые погреба.

«Вот оно что! – подумала Алиса. – Ситуация проясняется».

Она подошла поближе и взяла своего друга за рукав.

- Послушай, тебе не кажется, что мы лучше разрешим этот вопрос с администрацией музея?

- Да, да! – обрадовано затараторил робот. – Так вам и следует поступить. Я убежден, что администрация найдет какой-нибудь выход.

Аркаша покачал головой.

- Они просто ничего не понимают, - повторял он удрученно, - они не понимают, какого рода работы там следует вести.

Алиса открыла, было, рот, чтобы задать вопрос, но потом передумала, видя выражение лица Аркаши. Сейчас он всё равно ничего не сказал бы толком.

 

Положение Юргенкранца было щекотливым. Он знал, что рискует, доверяясь изобретателю, но отказать сейчас Броковичу в помощи значило потерять его. Не в этот год, так потом, рано или поздно поляк своего добьется. Со своим бешеным темпераментом он отыщет того, кто согласится финансировать его установку. Университетское образование в два счета доказало Юргенкранцу, что изобретение Броковича – это нечто, доселе невиданное. Он не прогадал, когда искал для себя исполнителя собственной давней мечты. Непризнанный гений из Краковского университета сделал даже больше, чем того хотел сам Юргенкранц. Именно это-то его и пугало. Брокович запросил на изготовление действующего образца такие фонды, что у Юргенкранца перехватило дух. Он никак не ожидал, что проект потребует столь серьезных вложений. Ему пришлось бы привлекать средства, изымая их из оборота. Всего свободного капитала семьи не хватило бы. А оборотные деньги – корова священная! Акционеры набросятся на него с оскаленными физиономиями. Если он поставит на Броковича, то может всё потерять. Но если он не поставит на него, Брокович сам поставит на другого, а это будет еще страшнее. Тогда всю оставшуюся жизнь Юргенкранца затерзают мысли о том, что он отказался от дела, которое может обессмертить его имя, от собственной мечты, лелеемой с самого детства.

Юргенкранц нервно зашагал по кабинету, поджав губы и сложив руки за спиной.

 

Последующие два дня Аркаша оставил Алису в покое. Он пропадал где-то в самом замке и его окрестностях, перепоручив Алисе и свои дела. Она понимала, что лишь необходимость толкнула Аркашу на такой шаг. Кто-то же должен был представлять их школу на конгрессе. Только поэтому Алиса была на время избавлена от скучных походов по развалинам и беготни по дирекциям музеев. Она с головой погрузилась в бурную жизнь конгресса, видя Аркашу только вечером в гостинице, когда он прибегал буквально за полночь и без сил сваливался у себя в номере на незастланную постель. Алиса, зная своего друга, прекрасно понимала, насколько бесполезно его упрекать или воспитывать тогда, когда он загорался очередной безумной идеей. Она предпочитала выждать момента разочарования. После него ему некуда будет пойти с жалобами на жизнь, кроме как к ней. Вот тогда она и выскажет всё, что о нем думает. А пока Алиса занималась своими делами, а Аркаша – своими.

Временами, заходя в его номер, она видела на его столе кипы пластикатов с выкладками по радиофизике и истории Германии. Они лежали вперемешку друг с другом, и Алиса никак не могла уяснить для себя никакой связи. Когда же однажды вечером Аркаша заказал в Берлинской библиотеке подборку древних полицейских хроник, она вообще перестала что-либо понимать. Ее уже понемногу стало тревожить чересчур длительное увлечение своего друга. Аркаша, в отличие от того же Пашки, обладал двумя замечательными качествами. Он необыкновенно грамотно умел отделять полезную информацию от бесполезной и мог признавать собственные ошибки, если уж они случались. Пойди он по ложному следу, наверное, уже охладел бы к своей идее. Алиса подумала, что пора ей тоже познакомиться поближе с тем, что так заинтересовало аналитический ум ее друга.

 

Больше всего проблем Юргенкранцу доставил котлован. Территория была, конечно, его собственностью, но кто бы ему позволил раскапывать землю под историческим замком?! Земельный парламент стер бы его в порошок, просочись к ним хоть капля сведений о ведущихся работах. Всё приходилось делать в глубокой тайне. Специальная шахтерская техника была заказана по частям и собрана уже на месте. Замок окружили тройным кольцом охраны, чтобы ни одна живая душа не подобралась к нему слишком близко и не услышала шум работающих механизмов. Вынутый грунт вывозили в крытых грузовиках, вместо самосвалов, засыпав его предварительно в контейнеры. В самый разгар работ по древним стенам пошли трещины, и пришлось укреплять основание, лишенное привычного фундамента.

Когда стены котлована были забетонированы, и Юргенкранц решил, что основная нервотрепка позади, от главного инженера проекта начали поступать заявки, которые заставили финансиста хвататься то за голову, то за сердце. Одного серебра на изготовление установки ушло больше тонны, золота – около трехсот килограммов, не говоря уж о целой куче редкоземельных металлов, мировая добыча некоторых из них исчислялась несколькими килограммами в год. Только безграничная вера в Броковича вынудила Юргенкранца довести проект до конца. И когда ему доложили, что установка собрана и готова к испытаниям, он почувствовал нечто вроде гордости за собственную непреклонность, позволившую ему осуществить мечту всей своей жизни.

Pinhead. © 2004.
ASBooks.
 
 


Ждем ваших работ

МИЕЛОФОНстрелкаТВОРЧЕСТВОстрелка
ТВОРЧЕСТВОстрелкаВИДЕО И ФЛЭШ
| ВИДЕО | REAL-ВИДЕО | ВИДЕО В MPEG4 | ФЛЭШ |
Сайт открыт 1 июля 1999 года.

© Материалы - Наталья Мурашкевич

Прозаики Поэты Вернисаж Музыка Видео и флэш